Изабель Эберхардт: Женщина, которую Франция выслала из Алжира, а через 2 года сделала своим глазом в Марокко

В конце января 1901 года в деревне Бехима под Эль-Уэдом молодой человек по имени Абдалла бен Мохаммед подошёл к сидевшему в комнате европейцу и ударил его саблей. Удар пришёлся вскользь по голове и глубоко рассёк левую руку. Раненый выжил.

Её глава об Удже в русском переводе, с рассказом о ней и фильмом 1991 года целиком (в главной роли Матильда Мэй, рядом Питер О’Тул):
https://morocco24x7.com/blog/udzhda-1904-izabel-eberhardt

Дальше начинается странность, из-за которой эту историю стоит рассказывать целиком.

Раненым был не европеец, а европейка: двадцатитрёхлетняя Изабель Эберхардт, ходившая в мужской одежде под именем Си Махмуд Саади. На суде она просила не наказывать напавшего. Суд дал ему пожизненное, хотя прокурор требовал смертной казни. А выслали из Алжира её.

Почему её вообще ударили

Эберхардт к тому времени была не туристкой и не журналисткой на задании. Она приняла ислам и вступила в суфийское братство Кадирия, одно из самых уважаемых в Магрибе и настроенное против французов. Она говорила на арабском без акцента, жила у местных, ездила по Сахаре и одевалась как мужчина, потому что иначе двери в этот мир для неё были закрыты.

Нападавший, по данным следствия, принадлежал к соперничающему братству Тиджания. На допросе он заявил, что действовал по повелению свыше. Историки до сих пор спорят, было ли это столкновение братств, личный фанатизм или чей-то заказ: слишком многим она была неудобна.

Судебное заседание прошло в Константине в середине июня 1901 года. Эберхардт заявила, что зла на этого человека не держит, и просила о снисхождении. Приговор всё равно был пожизненным.

После процесса французская администрация приказала ей покинуть страну. Формально она была иностранкой без гражданства: швейцарская подданная, дочь женщины, ушедшей от русского генерала к домашнему учителю-анархисту. Фактически власти просто избавились от фигуры, которую не могли контролировать: европейская женщина, ставшая мусульманкой и своей в антифранцузском братстве, была для колониальной администрации гораздо неприятнее, чем человек с саблей.

Кто она была и откуда взялась, подробно рассказано в парной статье на Morocco24x7. Здесь важнее то, что случилось после высылки.

📗 Книга «Notes de route», из которой взят этот сюжет, выложена целиком и бесплатно: скачать парижское издание 1908 года.

Как она вернулась

Способ нашёлся один: брак. В октябре 1901 года во Франции она вышла замуж за Слимана Эхнни, алжирского солдата французской армии. Как жена военнослужащего она получила французское гражданство и право жить там, где хотела. В феврале 1902 года, когда Эхнни демобилизовали, супруги вернулись в Алжир. Почти в те же годы, в алжирском военном госпитале, началась и история первого русско-марокканского брака: дочь воронежского помещика Елена Безрукова встретила там раненого марокканского шерифа и в 1903 году стала его женой.

Женщина, высланная как нежелательное лицо, вернулась законно и неприкосновенно. Через полтора года она будет работать на французскую армию.

1903 год: граница загорается

Чтобы понять поворот, надо посмотреть, что творилось на алжиро-марокканской границе.

31 мая 1903 года генерал-губернатор Алжира Шарль Жоннар инспектировал пограничную зону у Бени-Униф, напротив марокканского оазиса Фигиг. По его конвою открыли огонь со стороны Фигига. 8 июня оазис был подвергнут бомбардировке.

Жоннар сделал выводы быстро: сменил военного командующего в Айн-Сефре и поставил на его место генерала Юбера Лиотэ. Того самого Лиотэ, который через девять лет станет первым генеральным резидентом Франции в Марокко и о чьей личной жизни Париж шептался по салонам, не решаясь сказать вслух.

Лиотэ пришёл с ясной идеей: выдвигать посты как можно дальше в сторону марокканской территории и работать не только штыками, но и через людей, знающих местный мир изнутри. 2 сентября 1903 года у Эль-Мунгара марокканские отряды разбили конвой Иностранного легиона, и стало окончательно понятно, что одной силой границу не удержать.

Именно тогда журналист Виктор Баррюкан рассказал Лиотэ об Эберхардт.

Что Изабель Эберхардт делала для французской армии

Генералу нужен был человек, который может войти туда, куда европейцу входа нет: в завии, к марабутам, в разговоры старейшин. Женщина, которую братство Кадирия считало своей, говорившая на арабском как местная и ездившая в мужской одежде, подходила идеально.

С осени 1903 года она становится посредницей между Лиотэ и арабским населением приграничья. Она ездит по границе, пишет корреспонденции для французских изданий и передаёт генералу сведения о настроениях, о влиянии марабутов, о том, кто на чьей стороне.

Здесь нужна честная оговорка. Точный объём её разведывательной работы неизвестен: архивных доказательств немного, детали расходятся у разных биографов. Общепринято, что она выполняла для Лиотэ разведывательные поручения, но называть её кадровым агентом было бы преувеличением. Скорее это был обмен: она получала пропуска, деньги и защиту, армия получала глаза там, где своих глаз не имела.

В 1904 году Лиотэ отправил её с поручением к влиятельному марабуту в горах. Это была её последняя миссия.

Уджда, март 1904

В марте 1904 года она въезжает в марокканскую Уджду, последний город перед алжирской границей.

То, что она там увидела, она записала в Тлемсене 27 марта: город, чьи ворота запирают на закате и уносят ключи наместнику султана, забитый беженцами и голодными солдатами, торгующими собственным снаряжением. Султанская власть в этих краях уже не работала.

Читается это как литература, и хорошая. Но полезно помнить, при каких обстоятельствах текст писался: автор в это самое время был связан с генералом, чья задача состояла в подготовке французского продвижения в Марокко. Её очерк об Удже это одновременно и проза, и донесение о том, что город некому защищать.

Через три года, в марте 1907 года, французские войска войдут в Уджду. Это станет первым шагом к протекторату, оформленному в 1912 году. Резидентом станет Лиотэ.

Полный текст её главы об Удже в русском переводе опубликован на Morocco24x7. Там же можно бесплатно скачать оригинальное парижское издание 1908 года и посмотреть художественный фильм о ней.

Смерть, которой не бывает в пустыне

Своей роли в этой истории она не увидела.

Вернувшись от марабута с лихорадкой, Эберхардт лечилась в военном госпитале Айн-Сефры. 20 октября 1904 года к ней приехал муж, они сняли глинобитный домик. На следующий день, 21 октября, на город обрушился внезапный паводок.

Слиман выжил. Её тело нашли под рухнувшей балкой, вокруг плавали размокшие страницы рукописи. Ей было двадцать семь лет.

Женщина, объездившая Сахару, погибла от воды.

Уцелевшие бумаги собрал и издал Виктор Баррюкан, тот самый, что познакомил её с Лиотэ. В 1908 году в Париже вышли «Notes de route», куда вошла и глава об Удже.

Кем считать Изабель Эберхардт

С ней неудобно всем, и в этом главная ценность истории.

Для колониальной администрации 1901 года она была подозрительной ренегаткой, которую следовало выдворить. Для той же администрации 1904 года она была полезным инструментом. Для антиколониального взгляда она человек, который искренне принял ислам и полюбил эту землю, а потом работал на тех, кто эту землю забрал. Для феминистской традиции она женщина, вырвавшаяся из всех рамок сразу: пола, класса, религии, гражданства.

Правда в том, что верны все четыре версии, и ни одна не отменяет остальных. Она не была ни героиней, ни предательницей. Она была человеком без места, который нашёл своё место в стране, помогая при этом чужой армии эту страну открыть.

И, что важнее для нас, она оставила описание восточного Марокко за считанные годы до того, как оно перестало существовать. Ворота, запиравшиеся на закате, ключи в касбе у наместника, солдаты, распродающие ружья на рынке: всё это исчезло почти сразу после того, как она это записала.