Каждый второй марокканец: биография самой страшной цифры о психическом здоровье в Марокко

В декабре 2022 года новостной портал Le360 вышел с заголовком, мимо которого невозможно проскроллить: un Marocain sur deux souffre de troubles mentaux, каждый второй марокканец страдает психическим расстройством. Bladi.net округлил ещё щедрее: половина марокканцев психически больны. Выходило, что в стране, где я живу с 2010 года, безумен каждый второй прохожий на бульваре. Оставалось выяснить, который из двух.

Откуда взялась цифра

Первоисточник у всех заголовков один, и он вполне серьёзный. 10 октября 2022 года, во Всемирный день психического здоровья, CESE (Экономический, социальный и экологический совет, консультативный орган, который готовит доклады для правительства и парламента) опубликовал исследование «Психическое здоровье и причины суицида в Марокко». Внутри действительно есть эта цифра: 48,9% опрошенных марокканцев в возрасте 15 лет и старше имеют или когда-либо имели признаки психических расстройств.

Дальше начинается испорченный телефон, и его этапы можно разложить, как слайды. H24info в октябре пересказывает аккуратно: каждый второй имеет или уже имел признаки расстройств. La Quotidienne упрощает: почти каждый второй страдает. Le360 в декабре ставит точку: каждый второй страдает, министерство решило реагировать. Bladi.net доводит до чистого хоррора: половина марокканцев страдает психическими заболеваниями.

Три шага, и осторожное «имел когда-либо признаки» превратилось в «болен сейчас». Ни одна редакция не соврала в цифре. Все соврали в глаголе.

Министр здравоохранения Халид Айт-Талеб данные, кстати, подтвердил и даже детализировал: 26% марокканцев хотя бы раз в жизни переживали депрессию, 9% сталкивались с тревожными расстройствами. Заметьте: тоже «хотя бы раз в жизни».

Половина человечества тоже «безумна»

В эпидемиологии есть два разных вопроса. Первый: сколько людей больны сейчас. Второй: сколько людей сталкивались с болезнью хотя бы раз за жизнь. Разница такая же, как между «у половины из нас в жизни была сломана кость» и «полстраны ходит в гипсе».

48,9% это ответ на второй вопрос, так называемый lifetime-показатель. И вот что делает марокканскую сенсацию совсем не сенсацией: в 2023 году журнал The Lancet Psychiatry опубликовал крупнейшее международное исследование на эту тему, свыше 150 тысяч респондентов в 29 странах. Вывод: примерно половина населения Земли к 75 годам переживает хотя бы одно психическое расстройство. Каждый второй. Марокко, измерив себя честно, получило мировую норму.

Текущую цифру министерство здравоохранения тоже называло, только она уже не годится для заголовка: в кампании ко Всемирному дню психического здоровья 2024 года звучало, что психическими расстройствами страдают 17% марокканцев, и это ставит их на второе место по вкладу в бремя болезней после сердечно-сосудистых. При населении почти в 37 миллионов это больше шести миллионов человек. Обе цифры правдивы. Они просто отвечают на разные вопросы.

Есть и третья деталь, которую пресса не любит вспоминать. Единственное национальное эпидемиологическое обследование психического здоровья в Марокко проводилось в середине нулевых и опубликовано в 2007 году: свежие доклады пересчитывают его же данные. Портал LeSiteinfo ещё в 2017 году, когда цифра пошла по предыдущему кругу, выпустил разбор с заголовком «Нет, половина марокканцев не сумасшедшие». Помогло, как видите, не очень: в 2022-м пятнадцатилетняя цифра снова стала новостью дня.

Казалось бы, на этом факт-чек можно закрывать: цифра настоящая, прочитали её неправильно, расходимся. Но, как это всегда бывает в Марокко (с грязью на улицах было ровно так же), настоящая история начинается там, где заканчивается заголовок. Потому что у вопроса «сколько в Марокко больных» есть неудобный близнец: а где их, собственно, лечат?

Город, имя которого стало диагнозом

В дариже, марокканском диалекте арабского, есть выражение, которое поймёт каждый: «сир л-Беррешид», иди в Беррешид. Это не приглашение посетить город в получасе езды от Касабланки. Это способ назвать собеседника сумасшедшим.

Беррешид стал именем нарицательным в 1920 году, когда французский протекторат открыл там первую в Марокко психиатрическую больницу, построенную по образцу парижских приютов для умалишённых. К кануну независимости она разрослась до 15 отделений почти на 1800 коек и оставалась главным психиатрическим адресом страны.

А теперь настоящее время. Сегодня в старейшей психиатрической больнице Марокко около 240 коек в пяти отделениях. Остальное превратилось в развалины, где ночуют бродяги. Учреждение, чьё имя стало синонимом безумия, само стало символом запущенности: министерство здравоохранения включало полную перестройку Беррешида в план работ на 2023 год, и слово «полную» здесь стоит понимать буквально.

Вдумайтесь в траекторию. Страна подошла к независимости с 1800 психиатрическими койками в одном только Беррешиде. Семьдесят лет спустя там 240, а население Марокко за это время выросло больше чем втрое.

Цепи Буйя Омара

Если коек нет, куда все эти десятилетия девались больные? Ответ у традиционной культуры был готов задолго до психиатрии. Безумие объяснялось вмешательством джиннов, а лечили его у марабутов, святых заступников: в их святилищах больных оставляли на попечение смотрителей.

Самое известное из таких мест, святилище Буйя Омар в провинции Кальат-Срагна, работало до середины 2010-х. Семьи со всей страны привозили туда родственников с тяжёлыми расстройствами. Методика не менялась веками: больных сажали на цепь и ждали, пока святой изгонит джинна. Некоторые проводили на цепи годы. Государство закрыло Буйя Омар только в 2015 году, и это решение до сих пор вспоминают как одно из самых громких в марокканском здравоохранении.

За два года до этого, в июне 2013-го, в Уджде королю представили национальный план психического здоровья. В нём значилось строительство четырёх психиатрических больниц по 120 коек: в Агадире, Кенитре, Бени-Меллале и Кальат-Срагне. Последний адрес выбран не случайно: государство пообещало построить больницу ровно там, где до этого лечили цепью.

Четыре больницы по 120 коек. Итого 480 на страну, где счёт нуждающихся в помощи идёт на миллионы.

Одна больница на весь Восток

Как это выглядит на карте, лучше всего показывает восток страны. Весь Восточный регион, префектуру Уджда-Ангад и пять провинций в придачу, обслуживает одна профильная больница: психиатрический госпиталь Мохаммеда VI в Уджде, который король лично открывал в июне 2013 года.

Ещё в 2014 году семьи из Уджды и всего региона публично жаловались, что администрация больницы отказывает им в госпитализации, ссылаясь на нехватку средств и персонала, и людям приходится жить под одной крышей с тяжелобольными родственниками. В тех публикациях среди прочих фигурировала семья из Беркана, города в соседней провинции.

Про Беркан стоит сказать отдельно, потому что это типовой марокканский случай. В провинции живут сотни тысяч человек, а психиатрического стационара нет вовсе: городская больница Аддаррак, обычный многопрофильный госпиталь, психиатрией не занимается. В 2022 году провинции пообещали новый госпиталь общей стоимостью около 319 миллионов дирхамов на участке в пять гектаров, и анонс встретили с облегчением: существующие учреждения давно перегружены. Но и это будет госпиталь общего профиля. Больному с психозом из Беркана по-прежнему одна дорога: шестьдесят километров до Уджды, где его не факт что примут.

Психиатрические отделения есть при университетских госпиталях больших городов, в Касабланке и Рабате принимают частные психиатры. Но целые регионы живут по описанной схеме: одна больница на всех или ни одной.

Сентябрь 2026: государство назвало цифру само

Пока этот текст лежал опубликованным, история получила продолжение, которого ей не хватало три года.

3 сентября 2026 года в Рабате министр здравоохранения и социальной защиты Амин Техрауи запустил Plan Santé Mentale 2030, национальный план по психическому здоровью. И вместе с ним министерство впервые назвало масштаб своими словами, без посредничества прессы: 6,5 миллиона марокканцев живут с психическим расстройством, из них 2 миллиона дети и молодые люди, и 85% не получают необходимого лечения.

Обратите внимание, что произошло с цифрой. 6,5 миллиона это примерно каждый шестой житель страны, и это ровно тот порядок, который министерство называло в 2024 году (17%). Никакого «каждого второго» в официальных документах нет и не было: 48,9% как были показателем за всю жизнь, так и остались. Разница между двумя цифрами наконец проговорена самим ведомством.

Теперь то, ради чего план стоит читать целиком. Он впервые переводит разговор из процентов в койки, ставки и дипломы:

• психиатрические койки: с 2466 до 4728;
• психиатрические больницы: с 10 до 17;
• промежуточные структуры (дневные стационары, реабилитация): с 4 до 24;
• психологи в государственном секторе: с 32 до 786;
• подготовка психиатров: с 36 до 124 человек в год;
• подготовка специализированных медсестёр: с 490 до 750 в год;
• бюджет: около 4 миллиардов дирхамов, 86 мер, 3 стратегические оси, 13 министерств и ВОЗ в партнёрах.

В этом списке есть строка, на которой стоит задержаться, потому что она объясняет те самые 85% лучше любой статистики. Психологов в государственном секторе на всю страну тридцать два. Не тридцать две тысячи и не три тысячи двести. Тридцать два человека на 37 миллионов жителей, то есть один психолог примерно на миллион с лишним. При таком штате никакая просветительская кампания физически не могла закончиться приёмом у специалиста.

Рост до 786 звучит как двадцатикратный скачок, и это действительно перелом. Но полезно сразу перевести его в привычную мерку: даже после выполнения плана это будет один государственный психолог примерно на 47 тысяч человек. То же и с койками: 2466 сегодня это меньше семи коек на сто тысяч жителей, 4728 к 2030 году это около тринадцати.

И последнее, что говорит об этом плане больше, чем его цифры. Семнадцать больниц вместо десяти, а главное двадцать четыре промежуточные структуры вместо четырёх, это отход от модели, с которой марокканская психиатрия начиналась: одна огромная лечебница на отшибе, куда увозят и забывают. Сеть вместо приюта. Ровно этого не хватало все сто лет после Беррешида.

Чего на самом деле стоит бояться

Теперь вернёмся к заголовку, с которого всё началось.

Страшная цифра 48,9% на поверку оказалась мировой нормой, честно измеренной. Бояться в ней нечего: она означает всего лишь, что марокканцы такие же люди, как остальное человечество, и психика у них ломается с той же частотой, что у французов или японцев.

Бояться стоит другого соотношения, которое ни разу не попало в заголовки. С одной стороны: каждый второй, кому хотя бы раз в жизни понадобится помощь, и 6,5 миллиона, кому она нужна прямо сейчас. С другой: 32 психолога на всю государственную систему, 240 коек в разваливающемся Беррешиде, одна больница на весь Восток и семьи, которым отказывают в госпитализации.

Заголовок «каждый второй марокканец безумен» удобен всем. Прессе он приносит клики. Читателю щекочет нервы. Системе позволяет обсуждать сенсацию вместо коек. А семьям, которые прячут больных дома, потому что безумие здесь всё ещё позор, а не диагноз, он лишний раз объясняет: высовываться не надо, страна прочитала про вас новость и испугалась не за вас, а вас.

Марокко вообще умеет не замечать то, чего стыдится: квартал Бусбир Касабланка вычёркивала из памяти почти сто лет. С безумием работает тот же механизм, только вместо одного квартала за скобками оказались 6,5 миллиона человек. Цифра, прочитанная неправильно, пугает. Прочитанная правильно, обязывает. Разница, как всегда, в глаголе.

План 2030 это первый случай, когда обязывающее прочтение выбрало само государство: не «половина страны сошла с ума», а «шести с половиной миллионам нужна помощь, и вот сколько коек, ставок и денег под это заложено». Проверять его будут не пресс-релизом, а тем, доедет ли психолог до провинции вроде Беркана, где сегодня нет ни одного. У этой истории теперь есть дата следующей проверки: 2030 год.

---

---